Что происходит в секретных чатах в Telegram и зачем элиты «перестукиваются» через анонимные каналы
Когда в чате «Телеграмбюро 3.0» (закрытом клубе владельцев и администраторов крупнейших телеграм-каналов, представляющих 80–90% всй российской телеграм-аудитории; среди них, например, блогер Илья Варламов и Никита Могутин, основатель Baza) один из участников поинтересовался, есть ли у захвативших «Футляр» доступ в этот чат, порядка десяти участников тут же удалились из беседы. «Время зачищать историю чата», — написал один из них (скриншоты из переписки есть в распоряжении «Новой»). «СЖИГАЕМ ДОКУМЕНТЫ. <…> Если канал продается, надо удалять админов из чата», — ответил другой.
Скриншот переписки в чате «Телеграмбюро 3.0»
Могутин в разговоре с «Новой» подтвердил существование таких чатов для администраторов. «Они появились практически сразу после того, как стали формироваться «сетки» анонимных телеграмм-каналов. В чате можно легко пообщаться с Марго Симоньян, Ильей Варламовым и другими. В основном это обычная «болталка» для админов. Иногда в чате обсуждаются вопросы выступления в СМИ единым фронтом. Но за этим исключением ничего дельного там не происходит. Все серьезные вопросы, насколько я понимаю, решаются в личке», — говорит медиаменеджер.
За время существования чата сменилось несколько версий и составов участников, «переливаний из одного чата в другой», говорит Могутин. Последний панический «исход» случился после захвата «Футляра от виолончели» из-за угрозы деанонимизации.
Но опасения телеграм-публики, по-видимому, оказались преждевременными. Никаких решительных действий против других каналов власти не предприняли. Один из менеджеров, координирующих работу десятка телеграм-каналов, на условиях анонимности объяснил «Новой», что Кремль еще давно предпочел репрессиям тактику «возглавить и повести за собой».
«Метод «нагнуть и закрыть» — это модель прошлого, она сейчас не работает. Тем более у нас всегда будут верить самиздату на порядок больше, чем официозу.
Поэтому запрет Telegram был исторической ошибкой власти», — сказали «Новой» администраторы канала «Незыгарь».
Под кремлевским колпаком
«Часть российского телеграм-сегмента сегодня контролируют госструктуры, причем особо это не скрывают. Кстати, именно приход государства в Telegram и был его основным признанием [в качестве медиа]», — сказали «Новой» в канале «Мысли не мысли».
С широким электоратом через Telegram взаимодействовать бессмысленно.
Это большой междусобойчик чиновников, депутатов, бизнесменов и журналистов. Эдакая огромная коммунальная кухня. И телеграмм-каналы используются прежде всего для того, чтобы передать привет конкурентам, либо довести информацию до лица, принимающего решение. Массовая аудитория телеграмм-каналы, как правило, не читает.
Сегодня мессенджером пользуются более 15 миллионов жителей России, но суммарное количество подписчиков телеграмм-каналов не превышает миллиона читателей, говорит источник «Новой», хорошо знакомый с рынком. «Это вместе с ботами, а без ботов — тысяч 600-700, не больше», — добавляет он.
Зато значительная часть этой аудитории — интеллектуальная элита из крупных городов. Политические телеграм-каналы позволяют элитным группам коммуницировать между собой.
«Знаете, в тюрьме люди перестукиваются через стены? Вот здесь происходят те же самые перестукивания», — говорит социолог Константин Гаазе.
Из-за широкой представленности элит и складывается впечатление, что Telegram — прокремлевский, говорит блогер Станислав Апетьян. «Учитывая, что сейчас это основная «стенгазета» корпоративной политической жизни, то, безусловно, Кремль старается доносить какие-то тезисы до различных групп».
По формулировке «Незыгаря», родоначальника жанра политических слухов в Telegram, через него «элиты рефлексируют на себя — свои страхи, хотелки, ожидания и просчеты».
В отличие федерального телевидения, работу Кремля в Telegram нельзя назвать прямой пропагандой. «Скорее, какие-то группировки и «группировочки» обмениваются сообщениями и намеками, заодно пытаясь напустить тумана в умы интересующихся журналистов. Телеграм-каналы — это такая огромная дым-машина. Исходя из того, сколько дыма выпускается, можно примерно понять, какого рода дискотека началась», — говорит Гаазе.
Есть и более тривиальное объяснение востребованности мессенджера: экспансия на новую площадку — это лишний повод освоить новые бюджеты на «информационное продвижение» власти. «Вокруг властных структур всегда есть пиарщики, которые на этом зарабатывают. Но я с трудом себе представляю, чтобы анонимный канал можно было использовать в реальной политической борьбе. Мне кажется, это несерьезно», — скептичен медиаменеджер Арам Габрелянов.
Вы из какой «сетки»?
Кремль сделал правильные выводы из неудачного кавалерийского наскока на Telegram, начавшегося 16 апреля 2018 года, вспоминает собеседник «Новой». Тогда попытка заблокировать Telegram не только завершилась неудачей, но и обернулась резким приростом пользователей Telegram. И тогда Кремль, видимо, решил: зачем бороться, если можно его возглавить?
Через свои «сетки» и через прямую покупку серий публикаций в нейтральных каналах власть уже давно дирижирует телеграм-пространством, утверждают собеседники «Новой».
Если в 2017 году на поддерживающих власть каналов приходилось не более 30% подписчиков, то сегодня эта цифра превышает 70%.
«Большой сегмент действительно контролируют провластные структуры. «Проект» делал подробное исследование, но за год сфера подверглась значительной пертурбации: в частности, зашли новые акторы, которые у всех на слуху», — рассказывает администратор канала «Кремлевский мамковед».
За последние два года ряд каналов были проданы или перешли к новым владельцам иным путём, после чего стали ощущаться некоторые «самоограничения» у некоторых каналов по критике тех или иных лиц и структур, подтверждают в канале «Дабл Ять».
Независимых анонимных политических телеграмм каналов в России не осталось, считает Никита Могутин. Все они разошлись по разным «хозяевам»: одних купили крупные корпорации, другие действуют по указке администрации президента. «Так или иначе, все они продвигают нужную им повестку, поэтому доверия они у меня не вызывают», — говорит Могутин.
В результате Telegram появились целые «сетки каналов», связанных с властью. Это «сетка» Кристины Потупчик, «сетка» Станислава Апетьяна, «сетка» Сергея Минаева, «сетка» Эдуарда Багирова, «сетка» Маргариты Симонян, «сетка» Алексея Гореславского, перечисляет источник «Новой».
«В какие-то кризисные моменты эти лоялистские каналы начинают писать так много, но в рамках единой «генеральной линии», что у неискушенного читателя может сложиться впечатление, что именно это мнение — преобладающее в Telegram. И оно — единственное правильное», — говорит он.
Впрочем, большинство участников этого списка опровергли «Новой» свою связь с анонимным сегментом Telegram. «Если бывает «сетка» из одного человека, то она перед вами. По теории шести рукопожатий я связана вообще со всем, что происходит в этой стране, да и во всем мире», — говорит генеральный продюсер «Матч ТВ» Тина Канделаки.
«У меня есть личный канал. Если кто-нибудь его захочет купить, вы пожалуйста, уведомите меня, ладно? Я продам за любые деньги», — сказал корреспонденту «Новой» политтехнолог Эдуард Багиров.
novayagazeta.ru
