Событие

Дипломатическая битва за Бессарабию (I).Общие положения

Времена, которые переживает Бессарабия – давно уже не самые веселые, и за 200 лет мало чего изменилось на этом пространстве. Аннексия восточной части Молдовы Российской империей и 1812 год не только положили начало сложному строительству идентичности населения, но и сделали так, что бессарабские румыны упустили первую часть «европеизации» румынского народа. Те же отблески модернизации, которые имели место в царский период, с трудом можно назвать прогрессивными и такими уж полезными, как, например, в случае с румынами Трансильвании, которые были частью «просвещенной» и европейской империи Габсбургов.

Период 1918-1940 был единственным, когда нынешнее население Республики Молдова испытало возможность почувствовать себя в каком-то смысле европейцами и частью западного мира. Процесс модернизации проходил на фоне объединения и интеграции исторических провинций в единый румынский контекст и европейский. Всеобщее избирательное право и выборы, партийная система, основные права человека, принцип административной децентрализации, реформа собственнических отношений, доступ к образованию и общественным услугам, непосредственное подключение к политической, экономической, образовательной, культурной, спортивной европейской и международной жизни – это только некоторые важные черты европейской идентичности бессарабцев межвоенного периода.

Поэтому когда мы начинаем задумываться о том, что привело к несчастливой эволюции этой территории, начиная с 1991 года, нужно задать вопрос себе, кем мы являемся по сути и к какой цивилизации принадлежим, а для этого нужно вспомнить, что значили для этой земли 1812, 1918, 1940, или 1944/45 годы. Начиная с этого номера издание Timpul запускает программу активации общественного мнения РМ по поводу значимости 1918 года для бессарабских румын. Для этого я беру лично на себя ответственность написать публикации и рассмотреть в них международный аспект проблемы Бессарабии и того места, которое она занимала в европейской дипломатии.

Предварительная историческая проблема Бессарабии

История румыно-русских отношений в период почти двухсотлетия включает различные виды своего выражения. Но что больше всего обозначило их эволюцию, — так это столкновение между двумя глубоко противоположными движениями, которые берут начало на этой территории в начале XIX века: румынский национализм и русский экспансионизм. Аннексия Бессарабии в 1812 году Российской империей была началом конфликта, который не решился и по сей день. Неизбежным был тот факт, что желание румын интегрироваться в единое государство приведет в состояние оппозиции царскую Россию, которая охватывала национальную территорию, принадлежавшую ей, якобы, по праву. Разница двух точек зрения, по которым две стороны оправдывали для себя право на Бессарабию, сводилась все больше к тому, что проблема территории между Прутом и Днестром становилась краеугольным камнем румыно-русских отношений.

С момента появления ее, как международной проблемы в 1812 году, Бессарабия была темой пяти международных договоров, которые провозглашали ее принадлежность то к одному, то к другому политическому кругу:

1. Бухарестский договор (1812) между Турцией и Россией, согласно которому Бессарабия становилась аннексированной Российской империей.
2. Парижский конгресс (1856), который приписывал юг Бессарабии и устье Дуная румынским принципатам (княжествам).
3. Берлинский конгресс (1878), по которому Россия забирала юг Бессарабии у Румынии.
4. Парижская мирная конференция (1919), по которой было признано международной общественностью объединение Бессарабии с Румынией.
5. Парижская мирная конференция (1947), укрепившая право СССР над Бессарабией, данное ему в результате аннексии 1940 и 1944 года.

Как Парижский конгресс 1856 года, так и Берлинский 1878 года доказали непоправимость позиций двух сторон касательно Бессарабии, которые прошли все дипломатический баталии XIX века, закрепивших проблему Бессарабии на европейском уровне.
Хотелось бы остановиться детально на акте международного признания объединения Бессарабии с Румынией и всех последствий на европейском и международном уровнях, спровоцированных этим объединением.

Между румынским национализмом и русско-/советским экспансионизмом

Если посмотреть сквозь призму межвоенного периода, то выбор Бессарабии о присоединении к Румынии актом от 27 марта 1918 года был не только чисто румынской проблемой. Как последствие двух крупных процессов, бессарабский вопрос был в первую очередь результатом национального румынского объединения, но и эволюции Российской империи. И эволюция бессарабской межвоенной истории полностью доказывает это, жаль только, что тоталитарный историографический контекст, а также политические интересы не позволили анализировать вопрос в контексте обоих процессов. Консолидация румынской территорий была вопросом времени и ее международное признание было первым шагом на этом пути. Более сложно складывался процесс российской эволюции. И сложность эта проистекает из множества парадоксов, созданных новой советской властью.

После полного отрицания национального вопроса, советская Россия одним из первых своих законодательных актов провозглашает право народов Российской империи на самоопределение. Эта смена отношения к национальной проблеме была ничем иным, как вопросом политической целесообразности для молодого советского государства, желающего ослабления национальных чувств, опасных для коммунистической революции, и концентрации столкновений в войне между классами. Такое отношение не было действительным и для национальностей бывшей империи, особенно тех, которые находились на периферии и приняли принцип самоопределения во всей своей полноте. История царской России была пересмотрена, а ее национальная политика – осуждена и наказана. Нерусские национальности с революционной стремительностью самоорганизовывались без прямого одобрения центра. В этот процесс была включена и Бессарабия, которая, захваченная революционным духом, пожелала осудить автократическое историческое прошлое, пытаясь восстановить то, что было утрачено в процессе ассимиляции и пытаясь в итоге вернуться к Великой Румынии (România Mare). Но революционный романтизм не мог был очень продолжительным. Лозунг мировой пролетарской революции, провозглашенный лидерами большевиков, устанавливал разделение мира по идеологическим принципам.

Русский экспансионизм, облаченный в международную одежду, помимо внутренних последствий проблемы, спровоцировал и неуверенность в международных отношениях, известную под названием «русский вопрос». Концепт включал в себя сложные проблемы, возникшие в результате развала Российской империи и приобретшие после революции 1917 года небывалые размеры.

Связь бессарабского вопроса с русской проблемой давала Румынии поводы беспокойства по двум направлениям. Первое было связано с реакцией советского государства на объединение Бессарабии с Румынией. Находясь в первой фазе своего революционного движения, советская Россия во что бы то ни стало должна была дойти до конфронтации с румынским государством, включавшим тогда в себя и Бессарабию. Вхождение румынских войск в Бессарабию в начале 1918 года было воспринято Москвой, как первое выступление Антанты против советского государства и по указу от 26 января 1918 года Совет Народных депутатов разорвал дипломатические отношения между советской Россией и Румынией. После объединения с Румынией Бессарабия продолжала быть в глазах Москвы советской территорией. Несмотря на то, что дипломатические отношения были восстановлены в 1934 году, проблема Бессарабии положила начало природе румыно-советских отношений на протяжении всего межвоенного периода.

Октавян Цыку

Продолжение читайте в подной версии здесь
 

Puteţi urmări ştirile Timpul.md şi pe Google News!


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.